The regional public organization of assistance to protection of the rights of victims of act of terrorism 16.09.1999

Протесты в России после выборов это не события на площади Тахрир (“The Guardian”, Великобритания)

Дэвид Херст (David Hearst)
© РИА Новости, Александр Уткин

В понедельник тысячи людей выплеснули свой гнев и недовольство, собравшись на московском бульваре с лозунгами «Россия без Путина!», «Революция!» и «Позор!» после проведения выборов, которые, даже будучи подтасованными в пользу поддерживаемой Кремлем партии «Единая Россия», стали пощечиной избирателей Владимиру Путину.

Это был самый крупный митинг либеральной оппозиции за многие годы, и полиция разрешила его проведение, хотя все закончилось массовыми арестами. На первый взгляд, у России есть нечто общее с Тунисом Бен Али и с Египтом Хосни Мубарака. Там такая же лишенная гражданских прав образованная молодежь, оппозиционно настроенное интернет-сообщество и социальные СМИ, коррумпированное государство, которым руководит малочисленная элита клептократов. Там также невозможно осуществление реальных политических перемен. Так может, думские выборы были поворотным моментом, той точкой отсчета, когда подвергающаяся репрессиям политическая оппозиция выходит на улицы и остается там?

Короткий ответ на этот вопрос такой: нет. Судя по истинному электоральному весу и влиянию оппозиционных партий, которым запрещено участвовать в выборах (например, Партия народной свободы (ПАРНАС) Бориса Немцова), это обычный лохотрон. Во-первых,  либеральные партии печально известны своей склонностью к расколу; во-вторых, они просто не настолько популярны. Самая лучшая из них, «Яблоко», набрала всего 3,3%. Партия «Правое дело», возникшая на пепелище Союза правых сил (СПС), в думской гонке пришла последней, набрав лишь 0,6% голосов. Это вам не «Братья-мусульмане», ждущие своего часа.

Смотрите по теме: Предварительное распределение мандатов в Госдуме

У Путина также есть разные политические варианты действий. Он может начать процесс, дистанцировавшись от созданной им самим партии «Единая Россия». Он может отказаться от своего обещания сделать Дмитрия Медведева премьер-министром, обвинив его в непопулярности партии. Он может отделить свою личную популярность от созданной им системы, хотя опросы показывают что сейчас снижается популярность как системы, так и самого Путина. Рейтинг популярности Путина до сих пор составляет около 60%, а за такие цифры любой западный политик готов отдать жизнь. И наконец, он может согласиться с тем, что результаты выборов были неявно выраженным упреком, и допустить больше политического плюрализма в парламенте и в региональных органах власти. Мишенью народного гнева является не Кремль, а назначаемые им люди.

Есть и другие потенциальные проводники оппозиционных настроений. Один из них – бывший спикер Совета Федерации Сергей Миронов, которого «Единая Россия» отправила в апреле в отставку. Его партия «Справедливая Россия» почти в два раза увеличила свое представительство в Думе – с 38 до 64 мест. Если какая-то партия и собрала протестные голоса слева от центра, то это была именно она. И сделала она это на платформе, с которой согласны многие: разрушить монополию «Единой России» и покончить с депутатским иммунитетом от судебного преследования. Иными словами, превратить Думу в реальный парламент.

Читайте еще: Разочаровывающие результаты думских выборов могут заставить начать реформы

Но есть и более глубокие причины, по которым на осуществление демократических перемен в России может уйти немало времени. Профессор экономики и бывший либеральный депутат парламента Владимир Рыжков, которому запретили регистрироваться и участвовать в выборах в качестве независимого кандидата, по-прежнему  пессимистично относится к возможности реализации демократических перемен.

По его словам, 85% россиян не объединены никакой организацией – политической, общественной, религиозной или какой-то еще. Налицо почти абсолютная пассивность. Те проблемы, которые обычно заставляют людей шевелиться, далеки от основной политической повестки. Есть проблемы дорожного движения, и, соответственно, возникает кампания борьбы с синими мигалками, которые элита устанавливает на своих автомобилях, дабы пролетать мимо пробок по разделительной полосе. Есть и другие животрепещущие проблемы, например, строительство автотрассы из Москвы в Санкт-Петербург через подмосковный лес, которое сопровождается кампанией протеста защитников природы.

Ситуация в Химкинском лесу
© РИА Новости, Антон ДенисовСитуация в Химкинском лесу

Чем Рыжков объясняет такую пассивность? Коммунизм, разрушивший веру россиян друг в друга, и общество потребления, которое делает примерно то же самое. «Если бы существовала какая-то демократическая сила, она уже дала бы о себе знать», – говорит он.

Второй фактор вызывает еще большее уныние, чем первый. Элита загодя задумывается об уходе на пенсию и готовит своих детей к занятию собственных должностей. Так или иначе, пройдет еще немало времени, прежде чем у Путина появится политический оппонент, к которому ему придется относиться серьезно.

Оригинал публикации: Russia election aftermath is no Tahrir Square moment

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

June 2017
M T W T F S S
« May    
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930  
Archive
Themes

Rambler's Top100